Cпециальный психолог

Многое можно понять, проникая в науки, —
Дальние звезды и давние знаки и звуки,
То, что возникнет в грядущем, и то, что мертво.
Непостижимо лишь то, что нам ближе всего.
Семен Липкин

Читая эти строки, я думаю о Елене Самойловне, о том, что за долгие годы нашего совместного бытия, я, так много зная О ней, так мало знаю Её. Тайна Елены Самойловны всё ещё остаётся нераскрытой для меня. Все эти годы она имманентно присутствует в моей жизни. Таким же даром «быть тайной» обладала Анна Ахматова: «Ее установка на диалог с читателем предполагала „тайну“. ...Природа ахматовского поэтического высказывания, его подтекстовое содержание порождает смыслы, способные существовать лишь как скрытые, таенные, недоговоренные и вообще дословесные». 

Оказывается, именно тайна — есть высший знак ценности передаваемого вам сакрального знания. Попытка приоткрыть завесу тайны всегда будет безуспешной. Однако, если всё-таки попытаться, то необходимо искать ключ к складу личности человека-загадки, попытаться увидеть чистый луч божественного света, который озаряет его, рассмотреть его образ Божий.

Это слова религиозного философа Павла Флоренского. В своём уникальном исследовании «Имена» он доказывает, почему имя — есть первое, наиболее глубокое и целостное явление личности в объективном мире, и открывает читателю формулу личности восемнадцати имён. Портрет Елены, созданный Павлом Флоренским, с поразительной точностью передаёт образ моей Елены Самойловны...

«Имя – тончайшая плоть, посредством которой объявляется духовная сущность»
Павел Флоренский «Имена»

«…Елена – вечная женскость. Ее наиболее определяет душевный момент женской организации, душевные свойства женщины, те самые, что в обычном понимании составляют суть женского характера…

...Елене не свойственна теоретическая деятельность ума, как не свойственно и незаинтересованное размышление. Но она способна достигать поставленных целей и проявить тут большую умственную изворотливость и настойчивость...

...В Елене же наиболее развита способность эмоционального отклика и воздействия на чувства окружающих… Елена увлечет в свою сторону так, что этого и не заметишь… Елена заманивает, убеждая чарами… Эмоциональная атмосфера Елены охватывает и волнует окружающих, мягко проникая в их душу и уподобляя их себе…

...Елена тонко чувствует происходящее...

...Елена не просто поможет другому, но послужит ему как бы резонансовым ящиком, вследствие чего то, может быть небольшое, на что откликнулась она, станет значительнее и полнее. Отзывчивость Лены имеет в себе женскую способность рождать, хотя в данном случае это и не есть рождение телесное. ...ее доброта не имеет ничего общего с моральностью, а относится именно к области рождения, потому что через нее входят в мир и воплощаются стремления и движения, которые погибли бы бесследно, часто даже неосознанные теми, в ком они происходят…». А это уже про меня. Спасибо, Елена, моя Елена Самойловна, за моё второе рождение...

И будьте мне здоровы:)

Виктория М. Навицкая-Гаврилко

Елена Макарова (18 октября 1951, Баку) — известный российский/израильский педагог и искусствотерапевт, куратор международных выставок. С 1990 года живёт в Израиле. Проводит мастер-классы по искусствотерапии в Италии, России, Швеции, Израиле и Чехии. С 2007 ведет он-лайн-семинары по искусствотерапии для родителей и детей. 

Елена Григорьевна работает и в области клинической искусствотерапии, позволяющей проводить диагностику по рисункам или скульптурам детей, которые не в состоянии описать свои проблемы вербально, а также лечение/реабилитацию детей с помощью специальных техник, включающих элементы психоанализа и психотерапии. 
Как искусствотерапевт без специального диплома Елена Макарова работает с детьми вне клиники — с детьми-аутистами, педагогически запущенными, гиперактивными и прочими, жизнь которых отягощена различными травмами. Об этом она пишет в своих книгах.

Елена Макарова — автор свыше 40 книг на 11 языках. 

 "Искусство лечит. Это давно поняли те, кто всерьез думал о детях. Как и во взрослых, в детях есть и дурное, и доброе. Преодолевать дурное помогают родители, сказки, где постоянно присутствует мотив борьбы со злом, и собственное творчество. Творя, дети обдумывают мир, находят выход «темным страстям». Часто само содержание рисунков указывает на эти самые «темные страсти»: войны, битвы, танки, бабы-яги с кощеями бессмертными, взрывы, пожары. Иногда агрессивное, озлобленное состояние выражается в композиции рисунка и скульптуры, в отношениях цветов в живописи.
Творчество — такая же врожденная потребность, как еда и сон. Рисуя, дети избавляются от того, что их мучает, пугает: навязчивых состояний, страха смерти и темноты, страха потерять любимую маму или любимого отца. Все эти страхи присутствуют в жизни самых нормальных детей. Когда мы говорим им, что темнота не страшна и смерть не страшна, мы их обманываем. Мы с головой окунаем их в одиночество, из которого они пытаются выбраться, поверяя листу бумаги свои тревоги." (из книги «В начале было детство»)

Я часто предлагаю родителям копировать рисунки своих детей, ну так, чтобы вдуматься. И вот какое это возымело развитие.

Из дневника психолога, которая сейчас учится у меня на семинаре он-лайн: 

Читать запись полностью »

Синица Татьяна Ивановна, канд. психол. наук, доцент кафедры БГУ, Минск.

Многое зависит от того, во что мы верим и как осмысливаем происходящее. Я верю, что каждый человек появляется на свет не зря. Есть какой-то проект, замысел относительного любого человека. Каждый жизненный путь – это эксперимент, это творческая задача, постановка вопросов, поиск ответов, это общение и построение своего уникального мира. И в этом контексте предлагаю осмыслить вопрос развития детей, имеющих отклонения от типичного развития. Я работаю в области специальной психологии, которая направлена на обеспечение психолого-педагогической помощи детям с особенностями психофизического развития. Соответственно мне приходится сталкиваться определенными мнениями обывателей и специалистов относительно детей, попавших в сложные, а иногда даже очень сложные обстоятельства для своего развития. Эти мнения бывают разными, к сожалению, нередко удручающими и пессимистичными. Но, к счастью, встречаются взгляды позитивные, вселяющие оптимизм и надежду.

Для каждого человека его жизненный путь – это личный экспериментальный вариант развития. Несмотря на то, что есть какие-то закономерности, нормативы развития и даже стереотипы, каждый человек появляется и проживает свою жизнь в уникальных условиях. Уникальность условий нашей жизни определяется огромным количеством факторов, жизненных обстоятельств и даже случайностей. Например, генетический код, состояние здоровья, благосостояние родителей, историческое и культурное состояние общества, технический уровень развития цивилизации и т.п. – это только некоторые самые общие внешние обстоятельства, создающие уникальность нашей жизни. А ведь есть и еще обширный пласт внутренних обстоятельств, которые связаны непосредственно с личностью – наша активность, настойчивость, внутренние интересы и желания, сфера деятельности, качество отношений с людьми и т.п. Проживая в своей уникальной капсуле, каждый из нас решает свою задачу на развитие своих потенциальных возможностей и обретение смысла своей жизни. Это очень не просто для всех людей, и это еще при условии, что сама жизнь уже подсказывает определенные пути и создает типичные внешние обстоятельства: детский сад, школа, институт, работа.

В таком случае, появление на свет ребенка, имеющего отклонения от привычного и жизненно устойчивого типа развития – это формулировка для него и его родных усложненного варианта задачи на поиск такого жизненного пути, на котором можно развить заложенный потенциал и реализовать его. Ребенок, имеющий отклонения от типичного хода развития, попадает в меньшинство, он еще более уникален в своей специфичности, связанной с болезнью ли иными обстоятельствами, вызвавшими отклонения. Этот ребенок отличается от того большинства, которому в некоторой степени помогает развиваться их типичность.

Читать запись полностью »

Авторы: доктор психологических наук, профессор Е.С.Слепович, кандидат психологических наук, доцент кафедры психологии БГУ А.М.Поляков.

В.М.Навицкая-Гаврилко, кандидат психологических наук, доцент кафедры олигофренопедагогики БГПУ: «Для человека, который работает или собирается работать с особым ребенком, ответить на вопрос, что считать нормальным, а что аномальным развитием, столь же важно, сколь важно для любого человека в свое время задаться вопросом о смысле жизни.

Именно с вопроса, что считать нормой, а что аномальным развитием, начинается моя Встреча со студентами-дефектологами – момент, когда нас объединяет не только и не столько пространство и время, сколько общая эмоция и смысл. Редкий момент живого диалога, когда мы обмениваемся не информацией, а мнениями.

Именно при обсуждении этого вопроса я пытаюсь преодолеть нашу разобщенность, которая задается системой университетского образования, заразить их чувством нашей общности, как живущих вместе и поддерживающих друг друга людей.

Именно вопрос нормы и патологии – своеобразный момент истины, когда каждый отвечает себе на вопрос: я — зачем я учу, студенты – зачем они учатся.  

В этой связи, я с особой тщательностью подхожу к выбору материала для обсуждения. Предлагаемая мною статья двух замечательных ученых предоставляет эту уникальную возможность диалога. Она помогает создать ту необходимую живую смысловую атмосферу, в которой взгляд на отклонение в развитии как на то, что «создает для ребенка определенный спектр возможностей» (а не только ограничивает его), является естественным и единственно возможным.

Кроме того, статья несет глубокий нравственный смысл. Погружение в эту работу не только способствует рефлексии будущим специалистом собственных представлений о норме и отклоняющемся развитии, но и выходу их на новый уровень, очеловечиванию».

Определение критериев нормального и отклоняющегося от нормы психического развития имеет не только теоретическое значение, но и прямой практический смысл. В зависимости от того, что мы считаем нормой, а что аномальным развитием, будут определяться критерии психологической диагностики и направленность коррекционной работы. Поэтому ответ на этот вопрос имеет решающее значение для психодиагностики.

В истории становления психологической мысли сформировались различные подходы к определению критериев нормального и отклоняющегося развития. Рассмотрим основные критерии, которые используются специалистами как в научных исследованиях, так и в психодиагностической и психокоррекционной работе.

Читать запись полностью »

С проблемой нежелания ребенка читать, делать уроки, учиться я сталкиваюсь часто, и в жизни, и в своей психологической практике. К сожалению, следует признать, что на сегодняшний день, это показатель среднестатистической нормы. Нас удивляют не те случаи, когда школьник не хочет учиться, а те – когда он любознателен и стремится к познанию.

Недавно одна моя знакомая обратилась к своим друзьям по фэйсбуку за советом, «как вовлечь крестника в чтение книг». Ребенку 9 лет и он категорически отказывается читать, предпочитая чтению просмотр мультиков и игры на компьютере. Я внимательно изучила все советы (около 30), которые она получила, и поняла, что эта тема требует обсуждения.

В силу малой информированности подавляющее большинство родителей (взрослых) не знает, как компьютерные игры влияют на развитие ребенка (в частности, на развитие его мозга). Как правило, это считается безобидным развлечением, и ребенку уже в дошкольном возрасте разрешается «играть в телефон или планшет». С того момента, когда это занятие становится систематичным, начинается процесс биологической перестройки головного мозга ребенка, одним из последствий которого становится сокращение объема тканей (атрофию) в зонах, наполненных серым веществом (особенно в лобных долях коры). Таково мнение современных исследователей, занимающихся изучением проблемы влияния компьютерных игр на развитие детского мозга. Нежелание читать, делать уроки, отсутствие познавательного интереса, неумение самоорганизоваться, гиперактивность и дефицит внимания и т.д. – это психологический фасад тех структурных и функциональных перестроек, которые происходят в незрелом мозге ребенка, увлеченного видеоигрой.

Статья «Что вам нужно знать про мозг ребенка и компьютерные игры» Катерины Ясько уникальна тем, что систематизирует результаты новейших исследований в этой области (многие из которых еще даже не переведены на русский язык), позволяя нам понять, в чем опасность раннего увлечения ребенка компьютерными играми, а главное, помогая нам принять на себя ответственность за развитие и здоровье своего ребенка.

Виктория М. Навицкая-Гаврилко

Катерина Ясько, психолог, эдуколог.

Мне часто задают вопрос о том, как сетевые развлечения, длительный просмотр телевизора и компьютерные игры влияют на мозг ребенка. Тема очень актуальная и сложная, поэтому я постаралась дать развернутый ответ.

Видео игры были впервые предложены рынку потребителей в 1972 году. На сегодняшний день индустрия компьютерных и видеоигр только в США превышает 19 млрд. долларов в год.

Современный ребенок до 21 года в среднем за свою жизнь накапливает 10,000 игровых часов. Это примерно столько же времени, сколько дети проводят в средней и старшей школе при условии идеальной посещаемости. Это равноценно работе на полную занятость более 40 часов в неделю.

Согласно концепции нейропластичности, подтвержденной учеными-нейрофизиологами в середине XX века, мозг формируется под воздействием любого опыта и часто повторяемых видов деятельности.

По мнению Дениела Сигела, профессора психиатрии медицинской школы Univesity of California, всемирно известного специалиста в области детской, подростковой и взрослой психоневрологии, (автора бестселлера «Воспитание с умом: 12 революционных стратегий развития мозга вашего ребенка»), все, что происходит с ребенком, воздействует на то, как развивается его мозг.

Существует обширное поле научных данных о нейропластичности, поддерживающие ту точку зрения, что родители могут напрямую формировать мозг своего ребенка в процессе его роста и развития, предлагая соответствующий опыт переживаний.

Например, время, проведенное за экраном – компьютерными играми, телевизором и в социальных сетях — заставит мозг «монтироваться» определенным образом.

Развивающие занятия, спорт и музыка обеспечат другую схему «монтирования». Время, проведенное в кругу семьи, с друзьями, в изучении человеческих отношений в процессе личного (а не виртуального) общения, также будет формировать мозг особым образом.

Все, что происходит с нами, воздействует на наш мозг. Этот процесс «монтажа и перемонтажа» и является сутью «гармоничного развития» ребенка: необходимо обеспечить детям тот опыт переживаний, который позволит создать связи между различными отделами мозга.

Когда эти отделы работают согласованно, они создают и укрепляют соединительное волокно, связывающее различные отделы мозга. В результате между ними возникают более прочные связи, и они могут еще более гармонично работать вместе.

Суть «воспитания с умом» заключается в том, чтобы помочь мозгу ребенка гармонично развиваться в соответствии с его возрастными потребностями и стать более интегрированным, чтобы дети могли использовать свои умственные и психологические ресурсы на полную мощность.

Предлагаю посмотреть на влияние видеоигр сквозь призму нейропластичности, то есть тех навыков, умений и качеств, которые мы можем развить в ребенке при помощи технологий.

С точки зрения различных нейрофизиологических паттернов (подробнее об этом в следующих колонках), мне приходилось сталкиваться с примерно 7 типами компьютерных игр:

Читать запись полностью »

Хирургу Джозефу Брюнеру, лечащему врачу медицинского центра при университете Вандербильт в Нэшвилле, предстояло провести сложную операцию: 21 неделя беременности, младенцу поставлен диагноз spina bifida врожденный дефект позвоночника, не позволяющий человеку держаться прямо и нормально передвигаться… Но все же выход есть: хирургическое вмешательство, при котором доктор делает матери кесарево сечение, извлекает матку из брюшной полости и через небольшой надрез оперирует младенца. Тогда ребенок рождается абсолютно здоровым. Будущая мама, Джулия Армас, сама работала акушеркой и слышала о сложных операциях, которые успешно делает доктор Брюнер, потому и пошла на этот рискованный шаг. Впрочем, другого выхода просто не было малыша могло спасти только рискованное хирургическое вмешательство. И вот, когда операция близилась к завершению, через надрез в полости матки вдруг просунулась крошечная, но уже полностью сформировавшаяся ручонка и крепко ухватила хирурга за палец. Врач замер, ошеломленный, он просто не мог пошевелиться. Этот уникальный момент удалось запечатлеть фотографу Майклу Клэнси, свою фотографию он назвал «Рука надежды» еще не родившийся младенец как бы благодарит доктора, спасшего ему жизнь. Остается только добавить, что этот человечек родился в положенный срок, родители назвали его Сэмюэль Александер Армас. Кстати, мальчик родился абсолютно здоровым!

Мы на Facebook и ВКонтакте.

Синица Татьяна Ивановна, канд. психол. наук, доцент кафедры БГУ, Минск.

В.М.Навицкая-Гаврилко, кандидат психологических наук: «Вклад Льва Семёновича Выготского в специальную психологию поистине бесценен. Именно он способствовал становлению специальной психологии как самостоятельной науки – науки со своим предметом, методом и задачами. Научный фундамент специальной психологии строился на основе основных понятий культурно-исторической теории развития психики, созданной Львом Семёновичем.  На многие десятилетия вперед эта психологическая теория определила направление теоретических и экспериментальных исследований, заложила основные принципы и методы коррекционной работы с особенным ребенком.

Сегодня многие неравнодушные к судьбе специальной психологии исследователи отмечают «ускользание» из психологической практики истинного понимания сути основных понятий культурно-исторической теории, доминирование среди молодых специалистов представления о ней как об абстрактном знании, оторванном от жизни.

Статья Т.И.Синицы – это возможность получить уникальный опыт подробного практикоориентированного анализа основных понятий данного психологического подхода, осуществить «восхождение от теории к практике», прийти к пониманию практичности культурно-исторической теории, увидеть ее «удивительную связь с реальностью жизни» каждого человека». 

Суха, мой друг, теория везде,
А древо жизни пышно зеленеет!
Гёте И.В. Фауст: Трагедия (Перевод с немецкого Н.А. Холодковского).

Мысль о том, что нет ничего более практичного, чем хорошая теория приписывается множеству знаменитых ученых. В общении с коллегами-психологами и в работе со студентами приходится неоднократно слышать, что о концепции Л.С. Выготского у них есть некоторое представление, но это представление чрезмерно абстрактно, оторвано от жизни, и к практической психологии эти теоретические размышления не имеют конкретного отношения, поскольку их применение напрямую невозможно. Чаще всего обращение к культурно-исторической концепции используют для обоснования научной работы в области психологии и педагогики, для усиления значимости научного текста. Однако происходит это без должного понимания ее сущности, а только в качестве некой социальной ширмы. К сожалению, негативной стороной такой общеизвестности становится упрощение теории, сведение ее к стереотипным «хорошо известным» и «понятным» словосочетаниям – «высшие психические функции», «опосредствованность», «интериоризация» — суть которых ускользает от действительного понимания, поскольку описание этих феноменов представляется без необходимого логического анализа, подкрепляемого конкретными примерами. Таким образом, мы сталкиваемся с парадоксальной ситуацией в белорусской психологии, которая заключается в том, что концепция Л.С. Выготского о формировании высших психических функций является в целом общеизвестной и общепризнанной, однако в практике психологической деятельности применения не находит. К сожалению и сама фигура Л.С.Выготского, и представление о его теории стереотипизируется, лишается жизненной силы, возможности дальнейшего продвижения в современных научных представлениях.

Такая ситуация выглядит особенно странно, если учесть тот факт, что Лев Семенович уделял большое внимание разработке общепсихологической теории для дальнейшего решения сугубо практических задач. Выготский отчетливо понимал (и проведенный им анализ кризиса в психологии укрепил его в этом убеждении), что чистая («научная») психология «...не только не нужна, но и невозможна. Психика не есть нечто, существующее помимо индивидуальной жизни, но она есть индивидуальная жизнь, укорененная в коллективную жизнь и, еще шире, в жизнь общества. Чистой психологическая теория не может быть: в любом теоретическом знании обязательно должен присутствовать немедленный прикладной (т. е. индивидуализированный, приложимый к конкретному индивиду) аспект, психологическое знание по природе своей индивидуализировано» (цит. по [7, с.258]). Как увидеть укорененность теории Л.С. Выготского в психологической практике, проследить (оценить, понять, рассмотреть) ее удивительную связь с реальностью жизни, как отдельного человека, так и сообщества людей? Это можно сделать через подробный практикоориентированный анализ теоретических представлений данного психологического подхода.  Осуществить «восхождение теории к практике» и показать аспекты включения данной теории в практику психологической помощи можно поэтапно, активно рассматривая основные понятия данной теории  определенных практических контекстах.

Читать запись полностью »

Елена Самойловна, тарелкой сладких пирогов,
Надежно исцелит травмы сердца и мозгов.
Чтоб написать её правдивейший портрет,
Не хватит земных алфавитов и А-Бе-Цед!
Вдохновенная Елена Самойловна из пророков!
                                                                                      Pavel Kahotska, Прага, Чехия

Солдатенкова Елена Николаевна. Педагог-психолог высшей аттестационной категории  Центра Психолого-Медико-Социального Сопровождения Детей и Подростков МГППУ. Аспирант кафедры  возрастной психологии факультета психологии образования МГППУ.

Метод формирования альтернативной коммуникации при работе с неговорящими детьми уже давно получил свое широкое распро­странение. Часть детей благодаря этому методу получили реальную возможность взаимодействовать со своими близкими. Заметное продвижение в развитии коммуникативных возможностей: сформированное умение отвечать на вопросы других, адекватно выражать свои желания неизменно вели к улучшению каче­ства жизни этих ребят и снижению выра­женности поведенческих проблем.

Несмотря на известность данного метода, многие из родителей затрудняются в его применении или применяют его край­не ограниченно. Как следствие, вторично возникают поведенческие отклонения, превращающие ребенка из особого в очень проблемного. Это заставляет родителей думать, что ситуация развития ребенка начинает выходить из-под контроля, и в будущем их не ждет ничего хорошего.

Так произошло и с шестилетним мальчиком Димой (6 лет 4 мес.), мама которого обратилась за консультацией в ЦПМССДиП.

Основной жалобой было деструктивное поведение ребенка.

Читать запись полностью »

Моя дочь ходит в садик, где есть один слепой мальчик. Дочка не знала, что значит «слепой», и я объяснила ей. Когда на следующий день я пришла забирать ее из садика, она сидела напротив этого мальчика с закрытыми глазами и рассказывала ему, как выглядят деревья. 

Улыбка у мальчика была до ушей...

Авторы: доктор психологических наук, профессор Е.С.Слепович, кандидат психологических наук, доцент кафедры психологии БГУ А.М.Поляков, кандидат психологических наук, доцент кафедры психологии БГУ Т.И.Синица.

Научные основы специальной психологии были заложены и сформулированы Л.С. Выготским, который, опираясь на теоретические исследования и практическую работу с аномальными детьми, обосновал важнейшие закономерности аномального развития. Это позволило консолидировать отдельные направления психологического изучения детей с различными физическими и психическими отклонениями развития, что является важнейшим достижением специальной психологии [4]. Непосредственная работа с детьми, имеющими отклонения в развитии, всегда требовала, чтобы научное исследование и практика помощи представляла собой две стороны единой реальности. Таким образом, в специальной психологии изначально заложен принцип практикоорентированности, когда построение научного исследования приводит не только к формулированию теоретических конструктов, но и определяет закономерности, динамику и условия развития изучаемых психологических функций, свойств личности, которые в дальнейшем могут показывать логику их формирования при оказании психологической помощи детям с отклонениями в развитии, поскольку именно относительно специальной психологии можно утверждать, что теория не только проверяется на практике, но и существует ради практики [7]. В этом контексте уместно вспомнить о методе формирующего эксперимента, предложенного Л.С. Выготским, который одновременно служит и способом изучения психологической реальности, и раскрывает путь психологической коррекции. В дальнейшем многие теоретические положения и практические наработки были развернуты его последователями и учениками (А.Р. Лурия, Ж.И. Шиф, Н.Г. Морозова, Л.В. Занков, Т.А. Власова, В.И. Лубовский и мн.др.). Набольший расцвет практического приложения разработок в области специальной психологии начался примерно с 1960-х гг. На этом этапе теоретические разработки Л.С. Выготского нашли свои действительные воплощения в практике помощи детям с различными нарушениями в развитии. Так, например, в 1962 г. был открыт Загорский детский дом для слепоглухих детей. В его организации и становлении принимали участие известные ученые И.А. Соколянский и А.И. Мещеряков. Открывались специализированные школы и специальные классы для детей с сенсорными и интеллектуальными отклонениями в развитии, разрабатывались и внедрялись научно обоснованные методики коррекции нарушенных функций для аномальных детей. Началось изучение детей с легкими отклонениями в развитии, такими как задержка психического развития, а также организация помощи таким детям (В.И. Лубовский, К.С. Лебединская, Е.С. Слепович и др.). Некоторые уникальные разработки были широко востребованы мировой общественностью (А.Р. Лурия, В.И. Лубовский, М.С. Певзнер, И.А. Коробейников, Е.С. Слепович и др.).

В Беларуси специальная психология развивалась последовательно на концепции Л.С. Выготского, что отражено в работах К.Г. Ермиловой, Т.А. Процко, Л.И. Алексиной, Е.С. Слепович, З.Г. Ермолович, А.И. Гаурилюс, Е.А. Винниковой, А.М. Полякова, Т.И. Гаврилко, А.А. Давидович, В.М. Навицкой и др. Необходимость соблюдения оптимального соотношения теоретических исследований и психологической практики всегда было в центре внимания при анализе работ в области специальной психологии [5]. Также и при разработке обучающего курса по специальной психологии в качестве основного учитывался принцип практикоориентированности знаний (Е.С. Слепович).

Однако на этапе 1990 –2000 гг. в Беларуси стал наблюдаться нарастающий дисбаланс научных и технологических наработок методического обеспечения психолого-педагогической коррекции. Читать запись полностью »

Это мы с Лерой. Благодаря Лере я поехала в лагерь, я тут ее волонтер. Сопровождаю на занятия, гуляю вдоль озера и меняю памперс. Благодаря Лере я целую неделю тусуюсь за городом вместо работы в офисе за компом:-) Первый день мы привыкали друг к другу. Пошли вместе на прогулку, Лера начала плакать, а я не могла понять, почему. Это было просто адски мучительно, когда ты приехал в лагерь радовать ребенка, ребенок плачет, и ты не можешь понять, почему. Охота провалиться сквозь землю. Все дело оказалось в памперсе. В общем, сущая ерунда, памперс поменяли, жизнь наладилась. На второй день я узнала, как можно доставить Лере кайф. Разуть ноги и возиться в тазу с фасолью-рисом-песком. На третий день мы научились ловить кайф просто так, сидя на лавочке под ивой. Я уже знаю, как Леру удобно поднять, усадить. У Леры такие искривления, вся буквой Z. Сложно было приладиться – только на 4 день я научилась брать ее за руку (это правда непросто сделать). Чем больше мы гуляем и тусуемся на занятиях, тем нам вместе интереснее. Теперь у меня идея-фикс пойти вместе в бассейн. Все обдумываю, как это сделать. Надо ли заклеивать трубку в животе или и так все ок. Инвалидное кресло оставить в раздевалке или прикатить на берег бассейна. Мы сами спустимся в воду или нужен помощник. Спуститься-то ладно, а вот вылезти? Кажется, сегодня всю ночь буду это обдумывать:-) Вот мы считаем, что надо заботиться о пациентах Детского хосписа. А на самом деле, благодаря этим детям, самым на свете слабым-скрюченным-беспомощным, сами становимся жутко счастливыми:) Пожелайте нам завтра удачи с бассейном!

Lida Moniava

https://www.facebook.com/lida.moniava

"Еще пару лет назад мы не могли без горечи обсуждать что-либо, касающееся нашей дочери. В воспоминаниях – слезы и состояние безграничной усталости вкупе с апатией. Сегодня я могу с уверенностью сказать, что, говоря мужу, «ну надо же, какие классные дети получаются у таких отцов», увижу на его лице гордость и улыбку. Он знает, что никакого сарказма в моем утверждении нет. И он готов часами рассказывать о ее успехах.

Все дело в том, что считать правильным, подходящим, а что – неправильным или неудачным. Если уйти от порочной философии о том, что правильно только то, что нам удобно, то удается посмотреть на мир, на себя и своего ребенка (да, собственно, на что угодно) под совершенно другим углом.

Гиперсензитивность и гиперчувствительность. За этими терминами скрывается парадоксальная, невероятная чувствительность ко всему, что происходит вокруг и каким-либо образом воздействует извне. Помимо повышенной восприимчивости к звукам, запахам, прикосновениям, свету, это еще и зашкаливающая эмоциональность. Увы, в 6 лет мы все еще не можем познакомить ребенка с самыми простыми сказками (слишком много переживаний – до сих пор помню рыдания по поводу разбившегося золотого яичка). Тембр голоса, дернувшаяся бровь, задержавшийся чуть дольше положенного взгляд, изменившаяся тональность музыки вызывают бурю эмоций, которую ребенок зачастую даже не может идентифицировать. Управлять этой стихией нашей девочке очень непросто. То, что мы чувствуем интуитивно, без слов, для нее нуждается в детальном переводе и объяснении. В итоге – то, что в сухих формулировках звучит как «трудности установления социальных контактов». Тысячи тонкостей социальных взаимоотношений и нюансов, проскальзывающих в межличностном общении, каждая новая ситуация анализируются отдельно. Но она старается. Снова и снова. И так бесконечно. Остается только позавидовать такому самоотверженному упорству и работе над собой. Что бы я сделала, оказавшись в среде с совершенно непонятной мне системой коммуникации? Точно, была бы в смятении. Что мне хотят сказать? Как меня воспринимают? На меня сейчас сердились, одобрили или проигнорировали? Она же, как прилежная ученица, проводила бесчисленные часы перед зеркалом, изучая свое лицо, меняющуюся мимику и положения тела, рук, головы… А еще здорово помогли смайлики. Оказывается, эта наглядность, часто сопровождающая наши повседневные сообщения друг другу, здорово проясняет ситуацию.

Читать запись полностью »

«Наука — это праздник». Этому простому закону (но непростому умению) изо дня в день искусно учит нас Елена Самойловна. Человек, для которого наука и жизнь неразделимы...

«Друзья мои, я не хотел поднимать эту тему. Но в последнее время, произошло много случаев в моей жизни. Я сильно простыл, еле пишу, но хотел поднять об этом и написать. Я зашёл в аптеку за лекарствами, голова болит, еле хожу. Ангелочек не отпустил меня одного, он как хвостик всегда со мной. В аптеке было много людей, я держал сына, чтобы никого не коснулся. Он не любит когда его трогают. Но он постоянно бормочет и бегает в закрытых помещений. Пока я брал деньги, он вырвался и начал бормотать и бегать.

— Заткните рот своему ребёнку. Не можете его воспитать, избаловали как.

Посыпались такие слова. Мне честно всё равно, что так думают. Но обидно за слово заткните и избаловали. Неужели кто-то их учит. Это наверное сотый случай, как будто они все натренированны на такие слова. Конечно об аутизме никто не понял, крики и сыну плохо. Он боится, когда кто-то громко говорит. Поэтому я решил написать статью или буклет. Прочитайте, пожалуйста, загляните в наш мир. Если сделаете репост буду очень благодарен. Больше нельзя молчать.

1. Истинные профессионалы.

Чтобы не говорили специалисты, но вы знаете своего ребёнка лучше. Знаете слабые и сильные стороны. Может вы и не специалист по аутизму, но без вашей помощи, ни какой специалист не поможет вашему ребёнку. Всегда разговаривайте с родителями, не пренебрегайте их словам. Советуйтесь с ними, здесь нет ничего постыдного. Поверьте им, ведь они покажут вам дорогу, по которой всем будет легче.

2. Не железные.

Если у родителей нет настроения, они раздражены или просто не хотят разговаривать с вами. Прошу дайте им это право. Не обижайтесь на них, не судите и не оскорбляйте. Поймите их, ведь они 24-часа в сутки, думают о своём ребёнке. Не убежал ли из дома, не проглотил что-то, не болит ли живот. Они всегда на чеку. Они боятся за своих детей, которые не могул себя защитить. Они тоже хотят отдохнуть, поспать спокойно, прогуляться с любимым наедине.

3. Не “Супермены”.

Многие думают они самые сильные, везде бегают, всё успевают и при этом хорошо выглядят. Но если вы присмотритесь в глаза, то увидите усталость, за улыбкой грусть. Они не спят ночами, постоянно в стрессе, но ради ребёнка они становится сильнее. Но организм истощается, появляется много проблем со здоровьем. Головные боли, это самый пустяк. Многие приобретают хронические болезни. Поэтому поймите их, и если есть возможность, просто поднимите сумку, помогите перейти дорогу с ребёнком. Они так обрадуется.

4. Поддержите их.

Особенные родители детей с аутизмом, очень любят своих детей. Они гордятся ими, любят такими, какие они есть. Они хотят с ними гулять, водить к гостям, прыгать по батутам в парке и конечно посещать общественные места. Не унижайте их, и самое главное не жалейте, что Бог послал им такого ребёнка. Просто поддержите хорошим словом, улыбнитесь ребёнку, если обнимет, не отталкивайте его. Одно хорошее слово, и они будут рады целый день.

5. Верят в лучшее.

Не смотря на все проблемы, они верят своим детям. Они верят, что он сможет говорить, будет учиться в лучших Университетах, сможет создать семью и иметь детей. Сколько не попадут испытание на их голову, они всё равно верят в лучшее. Они могут казаться реалистами или пессимистами, но в душе они неисправимые оптимисты. Никакие “Необучаемые” диагнозы не сломают их. Они сильные, они должны быть сильными, чтобы ребёнок чувствовал уверенность своих родителей.»

Фархад Артикбаев

Источник: https://www.facebook.com/farkhad.artikbayev/posts/701054163302326?fref=nf

Мы на Facebook и ВКонтакте. Присоединяйтесь!

Заключительная часть серии заметок « Как определить профессиональный уровень психолога».

Предлагаю вашему вниманию пять критериев оценки адекватности предлагаемой вам программы психокоррекционной работы с ребенком, разработанные на основе анализа работ ведущих специалистов в области психодиагностической и коррекционной работы с детьми с особенностями в развитии (А.В. Семенович, Е.С. Слепович, А.М. Поляков). Пять критериев, которые позволят вам достаточно быстро оценить профессиональный уровень психолога:

1)  хороший специалист стремится получить уникальную информацию о проблемах ребенка;

2)  профессионал высокого класса всегда объяснит свое заключение простыми словами, иллюстрируя его конкретными, наглядными примерами, почерпнутыми как из рассказа родителей, так и из собственных данных, полученных в ходе обследования ребенка;

3)  в результате, вы начинаете видеть ситуацию как более целостную, информационно насыщенную и понимать логику своих дальнейших совместных действий со специалистами;

4) профессиональный психолог всегда наглядно, на примерах, продемонстрирует вам те иерархические связи, которые существуют между отдельными симптомами нарушения развития у ребенка, т.е. опишет психологическую структуру дефекта;

Наконец, последний,

5-ый критерий: хороший специалист обязательно! включит в психологическое заключение описание сильных сторон ребенка, уделит особое внимание определению потенциала ребенка – зоны его ближайшего развития;

«Не существует такого патологического или препатологического состояния, при котором ребенку не был бы отпущен природой определенный потенциал для развития. Он очень отличается у разных детей, но использовать его необходимо полностью…» А.В. Семенович «Эти невероятные левши».

Последний критерий я считаю архиважным. Перспективы развития ребенка – это то, каким мы видим ребенка в будущем. От того, насколько  наши ожидания его развития адекватны возможностям ребенка, будет зависеть успешность психокоррекционной работы. Как бы то ни было, но имеющийся у нас, родителей, образ ребенка в будущем бессознательно предопределяет наше поведение и отношение к ребенку. Задача профессионального психолога – помочь родителям построить адекватно-позитивный образ ребенка в будущем, определить конкретные возможности, пути и условия развития ребенка.

В совокупности все описанные выше критерии составляют суть (содержание) психологического диагноза: «оценка соответствия уровня и характера психического развития возрастной норме, характеристика полноценного функционирования компонентов психики и психологической структуры дефекта, обоснование прогноза развития в соотнесении с определенными социальными условиями» (Е.С. Слепович, А.М. Поляков «Понятие „психологический диагноз“ и его применение в диагностике отклонений в развитии ребенка»). 

Важно! Чем более психологический диагноз вашего ребенка (описанный специалистом) отвечает указанным критериям, тем вероятнее, что предлагаемая вам психокоррекционная или реабилитационная работа будет успешной и эффективной.

Более подробно о каждом критерии читайте здесь:
Как определить профессиональный уровень психолога? Часть 1.
Как определить профессиональный уровень психолога? Часть 2.

Материал подготовила Виктория М. Навицкая-Гаврилко

Присоединяйтесь к нам на Facebook

Отрывок из актуальной статьи психолога Катерины Ясько об опасностях недооценивания дошкольной и школьной системой образования элементарных знаний об особенностях развития и функционирования головного мозга ребенка, знаний об эмоциональных и физиологических потребностях ребенка. А также о важности обучения детей в школе сознательному отношению к своему телу: самостоятельной заботе о своем здоровье и эмоциональном благополучии через саморегуляционные механизмы собственного тела.

Виктория М. Навицкая-Гаврилко
Канд-т психол. наук, детск. нейропсихолог.

«...Постсоветская школа почти не учитывает элементарных знаний о детской возрастной нейропсихологии и потребностях детей на разных этапах развития их мозга.

Усадить 6-7-леток за прописи и математику на 35-45 минут, когда эмоционально-волевая сфера для такого вида деятельности созревает к этому возрасту лишь у 50% детей, с точки зрения нейропсихологии — верх невежества, а в социальном плане просто несправедливо.

В этом возрасте не бывает детей неуспевающих. Бывают дети, у которых недостаточно созрели стволовые структуры, базальные ганглии, ретикулярная формация или неокортекс (и т.д.), а с ними и механизмы внимания, произвольной саморегуляции, координации, моторики.

На сегодня детей с неврологическими особенностями (минимальная мозговая дисфункция, СДВГ, различный спектр аутизма, эписиндром, задержка речевого развития, дисграфия, дислексия, „тревожный радикал“) из поступающих в первый класс около 30%...

Большинству этих деток можно обеспечить полноценную качественную жизнь, но для этого школьные педагоги и психологи должны быть людьми новой формации, с новыми навыками и компетенциями, выходящими за рамки педагогики. 

Один из примеров: интерактивные, занимательные способы нейрокоррекции и стимуляции, приводящие к максимально полному и органичному развитию мозга до 12-летнего возраста должны стать частью образовательной системы.

Когда мозговые структуры в достаточной степени не созрели и у ребенка нет внутренней потребности учиться, почти насильно впихивать в них правила грамматики и пунктуации — прямой путь привить отвращение к святому процессу познания. Полностью согласна с Джоном Мединой („Правила мозга. Все, что стоит знать о мозге вам и вашим детям“) в том, что новая система школьного образования должна стать результатом совместных усилий лучших педагогов, психологов и (!)неврологов...

В погоне за оценками все больше школ отказывается от физического воспитания и качественных перерывов между учебной деятельностью. Школа не заточена на важнейшие принципы: забота о теле и работа с телом является фундаментальным способом нейрокоррекции и нейростимуляции, средством воспитания характера и долгосрочной инвестицией в успеваемость и устойчивое развитие детей.

Нынешняя система образования исходит из того, что детям „в связи с избытком энергии нужно подвигаться“, но не культивирует осознанное и дружественное отношение к своему телу как к бесценному средству для воплощения собственных идей, желаний и целей. И для этого не нужно 45 или 90 минут тренировок.

Мало кто из педагогов понимает, что простые короткие упражнения для тренировки вегетативной нервной системы, например, приседаний, дыхательных упражнений и медитации, чередуясь с интеллектуальной работой, способствуют развитию самоконтроля и саморегуляции, нейрогенезу (процессу формирования новых мозговых клеток), регулируют выброс нейротрансмиттеров, которые способствуют умственному здоровью и когнитивной гибкости (серотонин, дофамин и норэпинефрин), укрепляют иммунную систему, повышают выносливость, помогают регулировать аппетит и противостоять негативному влиянию стресса...»

Полный текст статьи читайте здесь.

Статья по теме: «Отстаньте от детей!» А.В. Семенович.

Мы на Facebook и ВКонтакте. Присоединяйтесь!